Гнев отравляет тело

Никто и ничто не может оскорбить вас, если вы этого не хотите. Кто-то может сделать все возможное, чтобы оскорбить вас, но если вы не принимаете оскорбления, если вы не возмущены, он проигрывает.

Качество меняется с отношением. Если кто-то оскорб­ляет вас, это выглядит как оскорбление, потому что вы оскорбляетесь. Если вы не оскорбляетесь, это не будет выглядеть как оскорбление.

Кто-то гневается — вы воспринимаете это как гнев, потому что вы возмущены. Если вы не возмущены, вы не можете почувствовать это как гнев. Качество меня­ется, ибо меняется ваша интерпретация, вы становитесь другим. Кто-то ненавидит вас — назовете ли вы это ненавистью? Как вы можете назвать это ненавистью? Старое определение уже не применимо, ибо старого ума нет.

Вы можете даже ощутить сострадание, жалость, к испытывающему гнев или ненависть. Вы можете даже помочь этому человеку выйти из этого состояния, ибо если кто-то гневается, он отравляет свое тело, отравляет свое собственное существование — он болен. Вы можете помочь ему выйти из этого состояния. Если у кого-то рак, вы ведь не начинаете с ним бороться? Вы помогаете, вы ухаживаете за ним, вы ведете его в больницу.

Когда просветленный видит, что кто-то гневается, у него возникает сострадание, и он желает помочь изба­виться от этой болезни ума. И если мир станет более просветленным, тогда, кто бы ни разгневался, вся семья и друзья постараются помочь этому человеку. Это глупо бороться с ним и злиться на него.

К физическим болезням мы имеем сострадание, а к умственным нет, ибо если кто-то физически болен, мы не принимаем это как оскорбление для себя. Но когда кто-то умственно болен, мы думаем что он болен умст­венно из-за нас. Такое отношение существует потому, что вы тоже больны.

Если вы невозмущаемы, все меняется, ибо меняется ваша позиция — вы отличаетесь, весь мир отличается: он перестает существовать прежним способом.

Безразличие — медленная смерть

Реальность никогда не бывает безразличной. Творчес­тво всегда в поиске, потому что творчество — это любовь. Творчество — это выражение любви и заботы. Творчество не может быть безразличным. Если вы без­различны, то постепенно вся ваша способность творить исчезнет. Творчеству необходимы жизнь, энергия. Твор­чество требует от вас, чтобы вы превратились в поток — бурный, страстный поток. Если вы с безразличием смотрите на мир, то мир не будет прекрасным. Через безразличие все становится унылым, обычным, пресным, бесцветным. И тогда человек просто живет холодной жизнью, погруженным в свои мелкие проблемы, в свою скуку.

На востоке многие люди думают, что быть безразлич­ным и есть религиозность. Они уходят от жизни, стано­вятся беглецами, ничего не создают. Они просто ведут растительный образ жизни, и думают, что чего-то до­стигли. Но ничего они не достигли. Ибо достижения бывают только позитивными, только творческими. Сам Бог — это творчество, как вы можете достичь Бога, если вы безразличны? Бог вовсе не безразличен. Он заботится о каждом полевом цветке. Он заботится обо всем. Он проявляет столько же заботы, раскрашивая крылья ба­бочки, сколько и к созданию вселенной.

Целое полно любви. И если вы хотите слиться с Целым, вы должны любить. Безразличие — это медленное самоубийство. Полюбите глубоко! Настолько глубо­ко, чтобы вы совершенно исчезли в этой любви, чтобы вы стали сконденсированной творческой энергией. Только так вы встретите Бога.

Ибо творчество — и есть молитва, медитация и жизнь. Поэтому не пугайтесь жизни и не закрывайтесь в безраз­личии. Безразличие лишит вас чувствительности, ваши чувства станут невосприимчивыми, ваш разум станет тупым. Вы будете жить в панцире, боясь света и солнца, боясь ветров, туч и моря — боясь всего.

Двигайтесь! Летите! Все, что делаете, делайте с такой любовью, чтобы сам ваш поступок стал творческим и божественным. Не обязательно становиться художником или поэтом. Приготовление пищи может быть творчест­вом. Делайте все с такой любовью, с таким доверием, с такой вовлеченностью, чтобы ваша работа не была просто внешним занятием, а священнодействием любви. И каждый творческий акт становится для творца возрождением, а каждый акт безразличия становится медленной смертью.